От Библии до Баха и далее

26 декабря 2000 года

  В дни рождественского баховского фестиваля в зале камерной и органной музыки заслуженный артист России Александр Майкапар играл на клавесине - инструменте, сегодня почти забытом. Льнущие звуки его отзывались какой-то сладкой ностальгией по явственно родному, но и уже оттесненному как бы на периферию души...
  Старинная музыка, история музыкальных инструментов, музыкальная иконография - это круг интересов Александра Евгеньевича.
  После концерта, поблагодарив за игру, можно было рискнуть и попросить музыканта об интервью на тему, вряд ли неведомую такому знатоку...
- Александр Евгеньевич, если не возражаете, попробуем поговорить о ветхозаветной музыке. Собственно, о неведомом нашему слуху и гадательном.
  Чтобы "вбежать" в сердцевину вопроса, откроем в Библии первую книгу Царств - то ее место, где повествуется о том, как злой дух слушал богоставленного царя Саула: и тогда "Давид, взяв гусли, играл - и отраднее и лучше становилось Саулу, и дух злой отступал от него".
  Тут возникает не один, а сразу пучок вопросов.
  Первый - "гусли"; к какому бы словарю я ни обратился за справкой, всюду гусли прочно прикреплены к Руси и, стало быть, ко временам более юным, чем ветхозаветные.
  Второй вопрос связан со словом "играл": надо ли понимать дело таким образом, что игра Давида была только и чисто инструментальным музицированием?
  И последнее: силою каких образов одолевал Давид уныние недужного царя?
- Вопросы все трудные, и, в самом деле, приходится гадать, но - угадывать ли?
  Можно смело утверждать, что Библия пронизана музыкой. В каждой из ее книг мы находим множество указаний на музыкальный мир древних иудеев и израильтян. К тому, что вы процитировали о Давиде и Сауле, добавлю упоминание в книге Бытия об Иувале - "отце" всех музыкантов, "играющих на гуслях и свирели". Как видим, и тут "гусли", на которых впоследствии играл Давид.
  Но мы ведь читаем синодальный перевод Библии, предназначенный русскому читателю. Не то встретим в переводах на другие языки. Так, в латинской Вульгате на месте "гуслей" будет "кифара", а, скажем, в немецком и английском переводах - "арфа". В древнееврейском же подлиннике - "киннор".
  Мы не знаем, как звучал этот киннор; археологи пока что не раскопали и не показали нам этот инструмент; и даже его изображения у нас нет (иудейские законы запрещали изображать предметы культа).
  Что было делать переводчику Библии? Оставь он термин "киннор", он ничего не сказал бы ни русскому читателю, ни немцу, так как ни в России, ни в Западной Европе этот восточный инструмент не был известен. Требовалась какая-то, пусть отдаленная, но аналогия; инструмент должен был казаться хорошо известным читателю. Так в синодальной Библии появились "гусли", а в Западной традиции закрепилась "арфа".
- Есть такой анекдот о старом еврее, который, взяв с собой в другую страну поющий рог, шофав, должен был занести эту драгоценность в блаженную декларацию. Его попросили вписать название предмета для понятности на каком-нибудь из принятых европейских языков. Старик долго думал, перебирая возможные переводы, и нашел: шофав - это труба, на каких играют в оркестре. "Так что же вы? Сразу бы и говорили, что труба!" - "Как можно! Разве же шофав - это труба?.."
- Да, нужна точность в определении, и важно вот это цепляние за оттенки слов...
  В Библии упоминается большое количество музыкальных инструментов, и каждый их них - выразитель определенного состояния человека, у каждого - своя роль в богослужении, на войне, на празднестве и так далее. Музыка сопровождала все самые сильные движения души древнего народа. Об этом свидетельств в Библии множество. "...И веселились, потому что Бог дал им великую радость. Веселились и жены, и дети, и веселие Иерусалима далеко было слышно", - так в книге Неемии, так и в других книгах Писания.
  Но есть одна книга, в которой музыка - сама ее душа. Это Псалтирь. "Хвалите Бога... со звуком трубным... с тимпаном и ликами (хором)... на струнах и органе... на звучных кимвалах... на кимвалах громогласных".
- Это 150-й псалом. Толкуя его, Иоанн Златоуст говорил: "Иудеям было заповедано прославлять Бога, пользуясь всеми музыкальными инструментами... Иудеи не просто ударяли в кимвалы и не просто играли на кифаре, но по мере сил своих делали внятным смысл псалмов".
- Да, и вот ответ на ваш второй вопрос. Конечно же, игра Давида перед Саулом была вокально-инструментальной. Гусли в его руках были аккомпанирующим инструментом. А действие, которое оказывал он на впавшего в депрессию Саула, было совместным действием и слова, и звуков музыки. Другое дело, что мы не знаем этих слов утешения и, прямо скажем, духовного исцеления. Мы можем только гадать об образах, которые представали больной душе Саула в пении Давида.
- Вы говорите "гадать". Интересная и, главное, плодотворная возникает ситуация. Библейские лакуны-пробелы в тексте как бы требуют от последующей культуры, чтобы она заполнила эти пустоты, эти просветы, - и Рильке пишет стихи "Давид поет Саулу"... Или: нам дано знать слова "Ангельской песни", которую слышали в Рождество Христово пастухи: "Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение", но не дана музыка песнопения-славословия; и вот Бах как бы обязывается создать свою "Gloria in Excelsis Deo...".
- А, например, оратория Баха "Страсти по Матфею"? Я упоминаю ее потому, что буквально в эти дни "Страсти..." будут исполнены в Москве; но не только это произведение Баха, но и произведения современных композиторов, написанные как бы на баховской идее.
- То есть мы можем в заключение сказать: музыкальное претворение Библии продолжается... 

Василий Павлов
Посмотреть оригинал